После инструментального эксперимента «Хлопок и нейтрино», вышедшего в мае 2026-го, Дельфин вернулся к поискам покоя в тревожном мире. Новинка «Зла нет» идейно продолжает его релиз «Прощай, оружие» 2023 года, но делает это в более мягкой интонации, соединяя возвышенный трагизм с почти сладкой мечтательностью. «Известия» ознакомились с лонгплеем и теперь рассказывают, чего пытается добиться Дельфин и насколько ему это удается.
Вишня в молоке или кровь в облакахИсполненная в пастельных розово-голубых тонах обложка изображает пятерых девушек, выплывающих на поверхность. Визуал идеально отражает концепцию альбома: осознанно обратиться к свету, не отрицая существование зла, а выбирая отвернуться от него. Комментируя оформление релиза в онлайн-публикациях, Дельфин искал определение «идеальному розовому». Среди метафор одновременно оказались «переспелая вишня в молоке» и «кровь, разбавленная облаками». Неоднозначная образность, то нежная, то жестокая, пронизывает и музыку, в которой призыв «танцевать на могилах» соседствует с готовностью «похоронить сердце».
Обложка внушает оптимизм и создает ощущение тепла летнего вечера, однако остальные материалы выдержаны в совершенно ином настроении. В видеоинтро, опубликованном в соцсетях, Дельфин сидит в темной комнате, одетый в белоснежный костюм. Перед ним — заваленный яствами стол с сервировкой на одного. Гранаты, виноград, яблоки словно сошли с портрета Диониса кисти Караваджо. Вместо того чтобы предаться чревоугодию, музыкант разносит стол битой. На последних кадрах внимание — винным каплям, окропившим белоснежную скатерть: простая, но всё же эффектная метафора крови.
Музыкант не объяснил, какой в этом смысл. Возможно, поступки Дельфина символизируют то самое зло, от которого он пытается отвернуться. Не исключено, что артист намеренно вводит клишированный образ пира во время чумы и разбивает его, предлагая свежий взгляд на то, как пережить тяжелое время. Красное на белом тоже может одновременно символизировать как жизнь, так и смерть.
Вечер поэзииХотя Дельфин вернулся к песенной форме, назвать новые композиции традиционными язык не повернется. Треки в альбоме лишены привычной структуры куплетов и припевов: артист скорее читает стихи. Время от времени его перебивают инструментальные вставки, дополняющие общую атмосферу. Это достойные декорации для лирики, наполненной природными символами «усталых рук яблонь», «древа добра и зла» и ветра, способного отыскать главного героя и пожурить его за недостаточную смелость.
В отдельных случаях — например, в композициях «Поля», «Неон» и «Света» — музыкант всё же поет, но его голос сохраняет скорбную монотонность. Артист также не боится допускать в лирике инверсию, которая придает его песням возвышенную драматичность. Например, в треке с обманчивым названием «Регги» он «вспоминает им беременную маму, в дней сентября закутанную плед». Способность Дельфина сохранять при этом ритм и стихотворный размер заслуживает отдельных аплодисментов.
Из джаза в синти-попДельфин давно доказал свое право называться артистом, который не боится перемен, поэтому разнообразие звуковых решений в пластинке «Зла нет» не удивляет, но радует. По большей части композиции обладают размеренным темпом, лишенным резких перепадов: это придает музыке монотонную медитативность. Правда, расслабляться совсем не стоит: Дельфин умело жонглирует настроениями и может начать трек словами «Сегодня ночью ты проснулся мертвым». К подобным контрастам между светом и тьмой стоит быть готовым заранее.
Тревожные ритмы драм-машин задают песням основу и направление, но благодаря другим элементам аранжировки обрастают эмоциональной глубиной. Саксофон добавляет «Шелку» тонкой нежности, а воздушное женское пение придает легкости даже самым тяжеловесным мыслям. Оттенки индустриального рока в «Работе» и «Горе чье» делают звучание жестче, а мягкий синти-поп «Регги» и «Неона», напротив, возвращает лирического героя к грезам и мечтательности. Каждое из этих решений подчеркивает дуализм общей картины: надежда соседствует с ужасом, смерть — с перерождением.
Ярче всего противоположность настроений раскрывается в песне «Джерри Ли», которая становится своеобразной кульминацией альбома. Композиция названа в честь покойного Джерри Ли Льюиса и отсылает к характерному звучанию его музыки: ехидное фортепиано соседствует здесь с грозовыми гитарами и эмоционально насыщенным вокалом самого Дельфина. Задорная рок-н-ролл-партия то ли отвлекает от надвигающейся бури, то ли, наоборот, ее подпитывает, и в этой неоднозначности заключается суть и едва ли не сердце всего релиза. Вторая половина «Зла нет» в целом звучит мрачнее, однако в финале Дельфин всё же оставляет слушателя с образом «чудесного мира, в котором ты прощен».
Комментируя релиз, музыкант признал, что сегодня искусство не может ничего изменить. Оно скорее утешит творца и случайного слушателя, но не искоренит зло и не построит на Земле светлое будущее. Это не обесценивает альбом и заложенные в него идеи, но позволяет воспринимать его как интересное творческое высказывание без претензии на величие.









